Видеоблог Дмитрия Медведева

Об ответственности детей за содержание родителей

2012-05-14T09:00:00+04:00

На совещании по вопросам совершенствования социального обслуживания населения, 11 мая 2012 года О.И.Ковалёв (губернатор Рязанской области): Я соглашусь со своими коллегами. Действительно, даже предварительный расчёт показал, что, для того чтобы по минимуму выполнить закон, где-то 250 млн рублей приблизительно мы должны дополнительно влить в отрасль, а у нас где-то 1,5 млрд – бюджет социальной сферы. Вроде бы прирост небольшой, но он есть – это и зарплаты, и другие вещи. И я хотел бы обратить внимание на одну вещь, о которой упомянул Анатолий Дмитриевич (Артамонов). Ситуация такая, что Семейный кодекс сказал – и всё, и дальше тема связи поколений нигде никак не развита, и сегодня порой эти ветераны, которые приходят к нам в стационары, не могут пережить не то, что они сюда попали, а то, что они попали при живых и благополучных детях. К сожалению, нет законодательных рамок, когда дети обязаны каким-то образом участвовать в содержании своих родителей, даже благополучные. Я много раз сталкивался с такими случаями, когда у благополучных детей, которые неплохо живут в Москве, неплохо работают, есть родители, которых мы вынуждены содержать в наших учреждениях. В общем-то, у них моральная травма выше, чем материальная. Им много не надо по жизни. Но если бы это развить в Семейном кодексе путём внесения поправок параллельно с этим законом, я думаю, это было бы неплохо, потому что излишний патернализм нам тоже вредит, я считаю. Д.А.Медведев: В отношении того, что сегодня несколько раз поднимали вопрос так называемой ответственности детей за содержание родителей. Тема эта не такая простая, как может показаться. Я когда-то даже занимался этим вопросом специально, ещё в прежней части своей жизни. Конечно, можно установить самую жёсткую ответственность вплоть до, так сказать, солидарной ответственности детей по долгам родителей, но жизнь – довольно сложная штука, и у нас, в общем, в принципе в семейном праве провозглашён подход о том, что дети не отвечают по долгам родителей, а родители не отвечают по долгам детей, потому что они являются самостоятельными участниками гражданского оборота и семейно-правовых отношений, и собственно так сделано во всём мире. В то же время, конечно, это тема не только правовая, она в значительной мере моральная, и те примеры, которые вы приводите, действительно встречаются сплошь и рядом, когда дети вполне могут содержать своих родителей или помогать им и ни черта не делают. В то же время есть и обратные ситуации, когда трудоспособные и дееспособные родители не помогают своим больным детям. Но обязанности по алиментированию в нашей семейной сфере, в нашем семейном законодательстве касаются всё-таки прежде всего содержания родителями своих несовершеннолетних детей и в некоторых случаях действительно обязанностей по оказанию поддержки со стороны детей в адрес своих нетрудоспособных родителей. В общем, я к тому, что всё это не такое линейное, как может показаться, но можем всё-таки ещё раз оценить ситуацию, нет ли нам смысла каким-то образом эти обязательства по взаимному алиментированию и поддержке, основанной на семейном законодательстве, ещё раз обсудить и, может быть, в чём-то изменить, но радикально, на мой взгляд, мы их, конечно, изменять не должны, потому что это противоречит вообще устоям любого общества и правовым подходам к тому, как организована семья.

В общественных советах министерств и ведомств нужны «неудобные» оппоненты с конструктивной позицией

2012-05-11T13:32:51+04:00

На заседании рабочей группы по подготовке предложений по формированию в Российской Федерации системы «Открытого Правительства» 10 мая 2012 года Я.И.Кузьминов (ректор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»): Мне кажется, что установить доверие, сформировать доверие возможно только тогда, когда у нас будут вовлечены в работу «Открытого Правительства» уровни ведомств. На уровне Правительства в целом мы неизбежно будем ограничиваться заявлениями о намерениях, потому что такого рода формат есть общий. На уровне ведомств очень важно решить с самого начала две проблемы: вовлечь туда независимых экспертов – в общественные советы, я не знаю, как это будет называться… Д.А.Медведев: Мы с вами решили, что это будут общественные советы. Я.И.Кузьминов: Да. И вовлечь туда некоммерческие организации, ассоциации потребителей, если они в том или ином секторе есть, другие заинтересованные некоммерческие организации, неправительственные организации, в том числе достаточно резко оппозиционные тому или иному курсу министерства. Часто, обсуждая общественный совет Минобороны, там улыбаются, вспоминая Никиту Михалкова и так далее, но на самом деле Сердюков (А.Э.Сердюков) сделал очень важную вещь, о которой меньше говорят и которая установила в определённой степени доверие: он туда позвал Комитет солдатских матерей, и у него общественный совет тем самым заработал, несмотря на шутки СМИ по поводу Никиты Сергеевича. Д.А.Медведев: И уход Никиты Михалкова… Я.И.Кузьминов: Да. Приход, уход и другие вещи. Когда мы говорим о планах на ближайшее будущее, мне кажется, что самое главное не формировать даже… Ну да, безусловно, надо сформировать экспертный совет, но задачей этого экспертного совета и руководства Правительства вместе с экспертным советом было бы применительно к каждому ведомству – поиск заинтересованных НПО и независимых экспертов и включение их в формирование этих общественных советов ведомств. Спасибо. Д.А.Медведев: Спасибо, Ярослав Иванович. Я хотел бы также согласиться с тем, что в силу понятных причин мы будем плавать всё время по поверхности, если не прорастём внутрь этих структур. Общественные советы, о которых мы договаривались, – это вполне нормальная структура для работы, форма для работы. И также хотел бы вас поддержать в том, что для руководителей ведомств, может быть, будет непростой задачей и не самой приятной привлечь в эти общественные советы своих принципиальных критиков, но это, собственно, и будет означать, готовы ли мы к каким-то переменам или не готовы. Возможность находиться в диалоге с наиболее яростными оппонентами как раз и должна формировать правильную среду. Знаете что, я предлагаю (я тоже, конечно, не смогу следить за всеми ведомствами): просто, чтобы мы все вместе обратили внимание, условно говоря, на тех неудобных пассажиров, которых можно было бы «вставить» в общественные советы тех или иных министерств и ведомств. Но это должны быть всё-таки неудобные, но конструктивные люди, не те, которые говорят, что вообще с ними за одним столом сидеть не будем, а те, которые говорят: вы не правы в этом, в этом и в этом... Я считаю, что это абсолютно нормально, со всеми можно находить общий язык. Я четыре года работал, например, с Советом по правам человека, там масса людей, которые яростно критикуют власть, которые выходят на различные митинги, демонстрации, принимают участие в пикетах, других формах общественного давления на власть, но они формулируют конкретные предложения, и в общем когда мы с ними завершали работу, они сказали, что, да, нам многое не удалось, но нам в общем кое-что и удалось. И это правда, именно потому, что они что-то говорили, а я слышал. То же самое должно быть – я почему об этом говорю, – то же самое должно быть в министерствах. Они что-то говорят, министр должен слышать, а не просто отбиваться от них, как от назойливых мух, и говорить, что для этого не созрели предпосылки, у нас нет денег, у нас другая страна, неповоротливая, вы здесь не умничайте, вы не в Европе находитесь, а в Российской Федерации... Предлагаю проследить за тем, чтобы общественные советы были укомплектованы вот такими активными людьми. Вся стенограмма http://www.government.ru/docs/18933/

Пленарное заседание Государственной Думы. Ответы на вопросы

2012-05-08T22:30:00+04:00

А.ЛОКОТЬ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, некоторое время назад в своём президентском Послании Вы произнесли слова, которые произвели хорошее, сильное впечатление на общество. Вы говорили о неэффективности работы Правительства, правительственных чиновников, Вы говорили о технологической отсталости, Вы говорили о сырьевом характере экономики, именно Вы ввели в оборот понятие «модернизация». Почему модернизация забуксовала? По Вашему же сегодняшнему определению, результаты пока слабые. Четыре, ну, несколько лет подряд, по Вашему же признанию, не выполняется государственный оборонный заказ, а ведь он может сыграть серьёзную очень роль вот в этой модернизации. От имени радиоэлектронщиков хочу сказать, оборонщиков, не будет никакой модернизации без отечественной элементной базы. Нельзя ли вот из этих средств, 20 триллионов рублей, некоторую толику направить именно сюда, на создание отечественной комплектации? Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо. Анатолий Евгеньевич, я исхожу из того, что пока мы сделали действительно не так много, но сама по себе модернизация всё-таки началась, и в своём докладе я об этом говорил. В то же время наша задача сейчас – правильным образом распределить деньги. Ведь денег не так мало. Те самые 20 триллионов рублей, которые должны быть направлены на создание новых видов вооружений, программа реформирования и реконструкции нашего оборонно-промышленного комплекса, всё это в конечном счёте должно создать принципиально новую среду. Что делать? Делать нужно вот что. Нужно просто последовательно заниматься инновациями и инвестициями в этой сфере. Нужно постараться перекомпоновать неэффективные производства. Вы сказали про элементную базу, я полностью с Вами согласен. То, что мы унизительно бегаем, спрашиваем у некоторых иностранных поставщиков, чтобы нам поставили элементную базу, в том числе для очень чувствительных технологий, нас не украшает. Значит, нужны инвестиции именно в эту сферу. Но, скажем прямо, наши компании, наши государственные предприятия и частные предприятия, а, кстати, здесь различий принципиальных быть не должно, они должны быть готовы эти инвестиции принять и интеллектуально, и с точки зрения их инфраструктуры. Они должны избавиться от неэффективных участков производства. Они должны избавиться от того, может быть, неработающего сегодня наследства, которое в конечном счёте влияет на себестоимость продукции, которую они выпускают. Ведь здесь проблема заключается и в том, что, если сопоставлять иностранные образцы и наши образцы, зачастую наши образцы неконкурентоспособны по себестоимости. Почему? В интеллектуальном плане хуже? Нет, не хуже. Просто затраты высокие. А затраты высокие, потому что огромные поля, Вы сами прекрасно знаете, как выглядят многие наши оборонные предприятия. Значит, нужно создавать современные производства. То, что невозможно содержать, нужно потихонечку передвигать, нужно отдавать в аренду, по возможности приватизировать, отдавать в частные руки. В конце концов, резервировать на будущее. Тогда стоимость нашей инновационной продукции будет другой. Но и не менее важная задача, если Вы затронули вопрос об оборонно-промышленном комплексе, это рационализация системы управления. Вы правы, далеко не весь оборонный заказ был востребован в необходимое время. И это особенно обидно, когда речь идёт о долгожданных деньгах. Значит, нужно спрашивать с чиновников. И нужно таким образом отстроить систему государственного оборонного заказа и контроля за расходованием этих денег, чтобы она приносила реальный эффект. Я думаю, что мы можем это учесть, в том числе и в режиме формирования новой структуры управления в Правительстве. И.ЛЕБЕДЕВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, Сибирь и Дальний Восток, стратегически важные регионы нашего государства, обладают мощным потенциалом развития страны с точки зрения природных ресурсов, добычи нефти и газа. При этом геологоразведка в этих регионах не проводилась уже очень давно. Вопрос оттока населения из этих регионов до сих пор остаётся очень острым. Одновременно с этим растёт активность зарубежных соседей, которые имеют свои геополитические интересы в этих регионах. Вы практически не затронули эту тему в своём выступлении, поэтому хотелось бы узнать, каким Вы видите в ближайшие годы дальнейшее развитие этих регионов и с политической, и с экономической точки зрения. Будут ли для работников, проживающих и работающих в этих субъектах, повышены зарплаты в связи с особыми климатическими условиями? И, может быть, стоит учесть опыт советского прошлого и ввести так называемые коэффициенты, северные надбавки к пенсиям и к зарплатам... Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое. Вы знаете, я считаю, что мы не можем игнорировать никакой опыт – ни советский, ни досоветский, в целях полноценного развития Сибири и Дальнего Востока. В то же время и в ходе консультаций, в том числе и с Вашей фракцией, я говорил о том, что не все прежние институты, которые способствовали освоению Сибири и Дальнего Востока, сегодня работают так же, как они работали раньше. Обычно мы приводили такие хрестоматийные примеры: вот в начале XX века легко было побудить людей ехать на освоение Сибири и Дальнего Востока. Сейчас не всё так срабатывает. Что нужно людям? Людям нужно, чтобы стандарты жизни в Сибири и на Дальнем Востоке уже были приближены к европейским, а не просто чтобы им платили деньги или северные надбавки. Это тоже очень важно и, в принципе, наверное, никогда не исключается. Но важна ещё и общая среда. Значит, и самое главное – сделать то, о чём я сегодня говорил в ходе консультаций с фракциями. Нужно сделать так, чтобы наши граждане, наши люди, во время встреч со всеми нами не говорили, что «вот у вас в России вот так, а у нас на Дальнем Востоке вот так». Это была бы катастрофа, если бы мы начали делить страну по такому признаку. Поэтому это действительно один из важнейших приоритетов деятельности будущего правительства. Причём он должен найти своё отражение как в системе управления правительством, и, может быть, даже в структуре управления правительством, так и путём создания необходимых коммерческих условий, я имею в виду формирование государственной компании, которая бы занималась инвестициями в ключевые инфраструктурные проекты на Дальнем Востоке. Но и этого мало. Нужно, чтобы социальные стандарты действительно были приближены к стандартам европейской части Российской Федерации, пусть не московским, но хотя бы средним, и тогда мы сможем удержать и наших людей, и дать абсолютно внятный сигнал всему миру, что это наше богатство, наши территории, для развития которых мы не пожалеем ни сил, ни средств. Д.САВЕЛЬЕВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, Вам принадлежит инициатива перераспределения полномочий между разными уровнями власти, включая корректировку налоговой системы и межбюджетных отношений. Когда может быть реализована данная инициатива, и какова роль Государственной Думы в решении этого вопроса? Хотелось бы более подробно услышать о работе по реформированию межбюджетных отношений. Какие полномочия и когда могут быть переданы на региональный и муниципальный уровень, и как они могут быть подкреплены финансово? Где гарантии, что средства, переданные из федерального бюджета на места, будут использованы по назначению для улучшения жизни людей? Может быть, имеет смысл расширить полномочия парламентского контроля за эффективностью расходования бюджетных средств? Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое. Я считаю, что работа по децентрализации, о которой было сказано некоторое время назад, должна быть доведена до логического завершения. Вы помните, некоторое время назад мною были созданы две рабочие группы, одна под руководством одного вице-премьера Правительства, другая под руководством другого вице-премьера. Результаты представлены. И сейчас мы должны определиться в том, какие полномочия передавать на региональный и муниципальный уровень и какие источники закреплять за региональным и муниципальным уровнем. Общая цифра, которая была озвучена, весьма и весьма амбициозна. Мы должны создать дополнительных источников финансирования на муниципальном уровне в районе триллиона рублей. За счёт чего? За счёт, может быть, отказа от части федеральных льгот, за счёт формирования новых источников и за счёт более грамотного использования того, что мы имеем. Это нам по силам. Другая тема – это всё-таки какие конкретно полномочия должны быть переданы. Мы много обсуждали эту тему, и вот с Владимиром Владимировичем неоднократно говорили. Мы не должны просто сбрасывать полномочия на регионы или на муниципалитеты, потому как это, как правило, ведёт к обратному результату. Эти полномочия не исполняются, это худшая дискредитация нашей работы. Но те, что мы передаём, должны быть подтверждены в полном объёме финансирования. И вот это задача взаимоувязки, которую мы должны решить в самое ближайшее время. И теперь в отношении контроля. Контроль существует разный, но я считаю, что и более активное вовлечение парламентского контроля и в целом контроля представительных органов власти за такими процессами было бы на пользу. Вносите предложения, я готов их рассмотреть. С.МИРОНОВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, сравнивая структуру внутреннего валового продукта России и других стран «большой двадцатки», мы видим, что примерно заработная плата в России меньше порядка трёх раз. К сожалению, труд в нашей стране всё ещё неадекватно оплачивается. Как Вы отнесётесь к такому предложению, которое неоднократно вносит наша фракция, принятие закона о почасовой оплате труда? Например, в законе установить, что один час неквалифицированного труда, например, стоит 80 рублей, и три повышающих коэффициента: региональный (у нас страна большая), отраслевой и самый главный – квалификационный. Каково Ваше отношение к этой нашей идее? Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Сергей Михайлович. Тема, которую Вы затронули, она, конечно, очень серьёзная, она касается жизни огромного количества людей. В принципе, мы развивали трудовое законодательство ровно в этом направлении. Но это не значит, что та система, которую мы создали и которая основана на действии минимального размера оплаты труда, является абсолютно оптимальной, хотя назначение МРОТ, оно несколько отлично от того, о чём Вы говорили применительно к нормативу оплаты за час. В чём состоит назначение МРОТ? В соответствии с действующим Трудовым кодексом, по-моему, это 133 статья, МРОТ обеспечивает некий порог, за которым начинается практически нищенская жизнь. И мы понимаем, что это очень небольшой уровень. Тем не менее именно в этом состоит назначение минимального размера оплаты труда. При этом можно рассмотреть и другие системы нормирования в будущем, которые, конечно, будут по силам нашей финансовой системе. В рамках того генерального соглашения, которое действует между профсоюзами и между Правительством Российской Федерации, как раз сейчас эта задача и поставлена: посмотреть и на вопрос совершенствования самого МРОТ как института, и на вопрос нормирования с учётом тех показателей, о которых Вами было сказано. И, естественно, всё это должно быть рассмотрено. Н.АРЕФЬЕВ: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, комитет по экономической политике в Государственной Думе в мае месяце проводит совещание по вопросу ратификации соглашений о присоединении России к ВТО. Однако на первом совещании уже выяснилось, что объять необъятное практически невозможно, в каждой отрасли экономики тысячи изделий и товаров нуждаются в компенсационных мерах, которые до настоящего времени не разработаны и не доведены... отраслей экономики. Участники совещания предложили отложить ратификацию на год для полной выработки компенсационных мер по всей номенклатуре наших отечественных товаров. Как Вы относитесь к этому предложению, если по прогнозу специалистов ратификация соглашения в июне приведёт к тому, что через год от нашей российской экономики останется только сырьевой и спекулятивный секторы? Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Николай Васильевич. Я думаю, что ничего не случится такого, что бы радикальным образом изменило ситуацию. Есть, конечно, разные прогнозы, но я напомню, что в ходе тех процессов, которые проходили в нашей стране на протяжении очень длительного времени, по подготовке вступления нашего государства в систему Всемирной торговой организации, мы добились достаточно серьёзных уступок со стороны ВТО. Это касается и размеров среднего тарифа, это касается и сроков, которые даются нашей стране по наиболее чувствительным направлениям, в течение которых мы будем готовить свою промышленность, сельское хозяйство, а значит, соответствующие нормативы ВТО не будут распространяться на нас. Я думаю, что этих сроков, в принципе, нам будет вполне достаточно, потому что речь идёт о пяти или в данном случае, может быть, и даже большем сроке, годах, для того чтобы мы соответствующим образом подготовились. Что же касается отложения вступления, то мы же с вами понимаем, ну, можно отложить и на год, и на два. ВТО – не самоцель, это правда. Но ВТО для нас создаёт другой конкурентный потенциал, делает нашу экономику более привлекательной, отсекает те ограничения, которые мешают экспорту нашей продукции, а у нас от экспорта зависит самочувствие огромного количества промышленных центров, создаёт другие условия для ведения бизнеса. Поэтому, я считаю, мы неплохо подготовились, но в наших руках всегда есть возможность сделать определённые заявления и принять те решения, которые будут помогать нашей экономике, нашей промышленности и сельскому хозяйству даже после вступления в ВТО. Потому что ВТО, конечно, очень важный институт, но тем не менее у нас есть свои интересы, и эти интересы идут впереди ВТО. Я.НИЛОВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Вы, несомненно, вошли уже в историю как личность, которая предприняла множество попыток для борьбы с коррупцией. Конечно, вопрос достаточно сложный, но решать его надо. И понятно, что средства массовой информации имеют одно из ключевых значений в решении этого вопроса, потому что порой различные журналистские расследования как раз приводили к уголовным делам и громким отставкам. Став Председателем Правительства, как Вы отнесетёсь к инициативе фракции ЛДПР об учреждении правительственной премии тем журналистам, чьи материалы, репортажи, статьи, сюжеты как раз легли в основу раскрытия больших коррупционных схем с участием высоких должностных лиц нашего государства? Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое. Ярослав Евгеньевич, я могу сказать, что ещё до вашего голосования я к этой инициативе отношусь предельно положительно, потому что она находится в русле тех подходов, которые мы предлагали при создании концепции антикоррупционной деятельности. И даже тот указ, по Совету противодействия коррупции, и концепция антикоррупционная прямо предполагает премии и гранты такого рода журналистским расследованиям. Причём, на мой взгляд, эти премии должны выдаваться не только тем, кто провёл грамотное, иногда хлёсткое, даже небезопасное антикоррупционное расследование, но и тем, кто просто своими репортажами, своими очерками способствует созданию атмосферы нетерпимости к коррупции. Потому что коррупция, мы знаем, она на всех этажах нашей социальной системы. И поэтому создание общей атмосферы нетерпимости к коррупционным правонарушениям, к преступлениям соответствующим является важнейшей задачей государственной политики. Эта задача получит своё воплощение. О.АРШБА: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Вот мы не согласовываем вопросы, у меня опять вопрос по ВТО. В последнее время было очень много событий интеграционного плана на нашем пространстве: создание и Таможенного союза, и экономического единого пространства, и евразийской экономической комиссии. А как всё-таки с этой точки зрения вступление России в ВТО скажется на функционировании Таможенного союза? Какие у него перспективы? Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое за этот вопрос. Я думаю, что в целом всё будет в порядке. Когда мы начали форсированное движение в сторону ВТО, было много разных комментариев. В том числе, с одной стороны, со стороны ВТО раздавались такие: вот вы создаёте Таможенный союз, значит, мы вас в таком виде видеть не хотим, в таком состоянии. С другой стороны, говорили так: вступление России в ВТО разрушит Таможенный союз между Россией, Казахстаном и Белоруссией. Ни того, ни другого не произошло. Но для наших партнёров в рамках переговоров по ВТО это был очень мощный сигнал, что если по каким-то причинам нас не хотят видеть, но мы и без этого проживём. Мне кажется, после этого наступило некоторое отрезвление. Мы сделали очень важные шаги, некоторые партнёры нам в этом помогали, по вступлению в ВТО. Мы гармонизировали тарифные системы России, Белоруссии и Казахстана. Наши нормы теперь вполне соответствуют критериям ВТО. И в то же время мы сохранили интеграционный потенциал, и перед нами одна задача: к 2015 году на базе Таможенного союза создать Евразийский экономический союз. Я уверен, что у нас есть все возможности для того, чтобы возникло абсолютно новое интеграционное объединение, привлекательное и интересное для других стран, но самое главное – для наших людей. О.ДМИТРИЕВА: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, факты таковы. Деньги от обязательного накопительного элемента обесцениваются и пропадают. Ни нынешним, ни будущим пенсионерам они не достанутся. Польза только финансовым посредникам. Как Вы будете решать пенсионные проблемы, в пользу граждан или в пользу финансовых институтов? Конкретизирую. Повышение пенсионного возраста. Мы против. Какова Ваша позиция? Частичная отмена пенсий работающих пенсионеров. Наша фракция категорически против. Какова будет позиция Вашего правительства? Отмена досрочных пенсий за вредность. Мы против. Какова будет позиция правительства? И, наконец, наша фракция выступает давно за учёт периодов учёбы в стаже. Какова будет позиция Вашего правительства? Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Оксана Генриховна. Я не знаю, скажется ли это на Вашем желании голосовать за мою кандидатуру. Думаю, что не скажется, независимо от того, какой я ответ Вам дам, независимо от того, понравится он Вам или нет. Но я могу Вам сказать предельно откровенно, пенсионный вопрос, безусловно, один из самых чувствительных вопросов в нашей жизни. И уж точно можете не сомневаться, что мы не будем резать по живому и принимать такие решения, которые завтра всколыхнут всю страну. Это как бы общий, генеральный подход. Теперь в отношении того, какая система нам нужна. Мы сами двигались с 1992 года методом проб и ошибок и создавали основы той системы, которая есть. Она, конечно, не идеальна. Но в этой системе, напомню, присутствуют все элементы так называемой социальной солидарности, когда всё общество формирует пенсионные потоки. И в этом смысле наша система до сих пор остаётся вполне себе распределительной, а не накопительной. Другое дело, что, на мой взгляд, всё-таки мы должны найти разумный баланс между распределительной частью, или социально-солидарной частью, и накопительной частью. Вот как это делать, это предмет отдельной дискуссии, которая велась на экспертных площадках. Доклад на эту тему был сделан и Владимиру Владимировичу, и мне. В конечном счёте решение будет принято, причём мы должны будем выбрать между несколькими вариантами, включая ответ на вопрос о том, какова должна быть накопительная система, на кого она должна распространяться и по какому принципу она будет формироваться. Что касается пресловутого вопроса о возрасте выхода на пенсию, мне кажется, что на этот вопрос уже сформировался достаточно прямой ответ, который я давал и в ходе общения с Вашей фракцией и с другими фракциями. Возраст выхода на пенсию не является решающим фактором вообще в развитии пенсионной системы. Да, он имеет значение. Но это, может быть, третий, пятый фактор. Поэтому мы вполне способны принимать решения, которые не обидят наших граждан и не разбалансируют пенсионную систему до такой степени, чтобы нам пришлось принимать какие-то радикальные шаги. Но принимать решения нам придётся. И эти решения должны основываться на общественном консенсусе до такой степени, в какой этот общественный консенсус возможен.

Выступление на пленарном заседании Государственной Думы

2012-05-08T17:45:00+04:00

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемый Сергей Евгеньевич! Уважаемые депутаты Государственной Думы! Уважаемые коллеги! Конечно, я также начну своё общение с вами с поздравления с праздником, который объединяет всех нас, – с Днём Великой Победы! Позвольте также поблагодарить Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина за предложение возглавить Правительство России, за внесение моей кандидатуры на ваше рассмотрение. Я также хотел бы поблагодарить всех депутатов Государственной Думы за работу в выходной день. И ещё слова благодарности. Хотел бы сердечно поблагодарить вас за то, что вы поддерживали меня все эти годы. Нам действительно многое удалось. Это стало возможным только благодаря полноценному взаимодействию между Президентом, Правительством и Государственной Думой. Уже в нынешнем составе была проведена очень серьёзная политическая реформа. Другие вехи нашей работы только что упоминал Владимир Владимирович, когда говорил об антикоррупционном пакете и о работе над модернизацией технологического и социального уклада нашей жизни. У меня состоялись встречи с членами думских фракций. Беседы были очень интересные, естественно, разные, подчас непростые, потому что, в общем, это разговор людей, которые могут по-разному оценивать текущую жизнь. Но я надеюсь, что в результате мы всё-таки должны выйти на главное – на готовность, отложив разногласия в сторону, решать ключевые вопросы жизнедеятельности нашей страны. И скажу вам прямо, что многие из вопросов, которые звучали в ходе обсуждения во время общения со всеми фракциями, мною взяты в проработку и по ним я дам поручения. Объём задач, стоящих сегодня перед государством в самых разных сферах, огромен. Именно поэтому сегодня в повестке дня формирование такой модели управления, которая сможет адаптироваться к новым вызовам и существенно расширит наши возможности по развитию страны. Нам предстоит консолидировать общество вокруг решения основных проблем, доказать, что государство не отделено от народа, а что оно обязано служить народу, создать условия для достойной жизни и самореализации наших граждан. Именно поэтому, на мой взгляд (и это такая общая часть), должна измениться сама власть. Вы знаете, что я последние годы предпринимал для этого много усилий. Идея так называемого «Открытого правительства» – это одно из таких изменений. Мы действительно должны дать возможность активным гражданам, экспертному сообществу участвовать в подготовке важнейших государственных решений, и не только участвовать, но и контролировать их исполнение. И, конечно, в постоянном режиме привлекать на государственную службу самых профессиональных специалистов. Уважаемые коллеги, хотел бы заверить вас, что в случае поддержки моей кандидатуры на посту Председателя Правительства я приложу все усилия для того, чтобы сохранить положительную динамику по ключевым направлениям социального и экономического развития и решить те проблемы, которые препятствуют достижению наших общих целей. Я, пользуясь возможностью, напомню коротко итоги последних лет для того, чтобы всё это стояло перед нашими глазами. В 2011 году российский ВВП превысил докризисный уровень, преодолены последствия экономического спада по большинству показателей развития. Темпы экономического роста стабилизировались на уровне около 4 %. Это, конечно, не плохо, но этого недостаточно, тем более при довольно высоких ценах на сырьевые товары. С другой стороны, радуют некоторые факторы, в том числе быстрый рост машиностроения. Это, может быть, один из первых признаков того, что модернизация приносит свои первые плоды. Средняя заработная плата по экономике за четыре года выросла на 18 %, в I квартале этого года составила около 25 тыс. рублей. Мы ко всему привыкаем, человеческий разум так устроен, но (я вам могу сказать о своих эмоциях, не знаю, какие у вас) если бы мне лет десять назад сказали, что у нас будет такая среднемесячная зарплата, то я бы в это никогда не поверил. Средняя трудовая пенсия выросла в 2,7 раза и превысила 8,5 тыс. рублей. Во всех регионах страны уровень доходов пенсионеров сейчас превышает региональный прожиточный минимум. Число безработных за последние два года сократилось на 2 млн. человек. И уровень безработицы, что, конечно, очень важно, вернулся к цифрам четырёхлетней давности, то есть докризисного периода. За этот же период инфляция снизилась с 13 % до примерно 6 %, а накопленная инфляция за последние 12 месяцев (напомню) составляет менее 4 %. Это очень хороший показатель. Правительство должно быть предельно аккуратным в подходах к изменению тарифов, а также к регулированию рынка сельхозпродукции. Надо, конечно, и далее стимулировать конкуренцию на рынках товаров и услуг, прежде всего топливных, в сфере жилищно-коммунального хозяйства, с тем чтобы мы давали развиваться нашей промышленности и сельскому хозяйству, а с другой стороны, чтобы по итогам года инфляция оказалась ниже прошлогоднего показателя. Сразу скажу, что в целом доволен тем, как развивается наше сельское хозяйство после тяжёлой засухи. Во время консультаций со всеми фракциями я об этом говорил. Все меры поддержки, эффективная работа сельхозпроизводителей дали свои результаты. Рост в сельском хозяйстве в 2011 году составил 22 %, и Россия вышла на второе место в мире по объёмам экспорта пшеницы. Созданы благоприятные условия для привлечения в отрасль частного капитала. Сегодня на один рубль государственной поддержки в агропромышленный комплекс привлекается 10 рублей частных инвестиций, а совокупный инвестпортфель в аграрно-промышленный комплекс составляет более полутора триллионов рублей. Конечно, далеко не всё в порядке и в этой важнейшей отрасли. Мы опять же и сегодня, и вчера об этом говорили с коллегами во время консультаций. Долгосрочные инвестиции в производство говядины пока не дали ожидаемых результатов, хотя и деньги приличные, и условия кредитования в целом неплохие, тем более мы их за годы кризиса ещё и переформатировали. Но Правительство должно будет скорректировать свои действия в этом направлении и обеспечить достижение необходимых показателей. Мы должны продолжить государственную поддержку производства сельхозпродукции и предпринять меры, которые сдерживают рост цен на важные для агропромышленного комплекса товары: на горюче-смазочные материалы, на удобрения и на сельхозтехнику. Кроме того, Правительство предусмотрит в соответствующей госпрограмме необходимые меры поддержки сельхозпроизводства в связи со вступлением России в ВТО. Мы тоже с вами, коллеги, об этом говорили неоднократно. Что касается инвестиций в экономику в целом, то они почти достигли докризисного уровня. Сейчас капиталовложения растут неплохими темпами. В отдельные месяцы более чем на 10 %. Наша задача – добиться увеличения доли инвестиций до 25 % ВВП, а далее, может быть, и до 27 %, в том числе за счёт значительного роста иностранных инвестиций. К сожалению, уровень внутренних сбережений все еще слишком низок, «длинных» денег не хватает – это факт. С другой стороны, объём вкладов физических лиц за три года увеличился почти на 80 %. Это, кстати, лучшее подтверждение доверия к национальной валюте и финансовой системе. Также в рамках работы по формированию в Москве международного финансового центра нам удалось создать новые и улучшить имеющиеся институты инвестиционного рынка. Начали работать Агентство по страхованию экспорта [Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций], Российский фонд прямых инвестиций, завершилось слияние крупнейших биржевых площадок, приняты законы о центральном депозитарии и национальной платёжной системе. Благодаря привлечению независимых директоров в органы управления компаний, которые контролируются государством, повышается прозрачность и эффективность их деятельности, хотя там ещё, надо признаться, порядок предстоит наводить. Стало меньше обременительных проверок и требований к лицензированию, неплохо действуют и меры налогового стимулирования отдельных видов деятельности, заработал Таможенный союз, завершены переговоры по вступлению России в ВТО. Но в целом, несмотря на прогресс по ряду направлений, деловой климат в России пока не может нас всех устроить. Мы уступаем ведущим мировым игрокам по состоянию конкурентной среды из-за барьеров административного, инфраструктурного, таможенного и налогового характера, из-за недостаточной прозрачности доступа к государственным закупкам и далеко не всегда эффективной защиты частной собственности. Отношение к предпринимательской деятельности в нашей стране должно принципиально измениться. Я говорил об этом на расширенном заседании Государственного совета и сегодня повторю. Экономический прорыв возможен только там, где предпринимательский талант воспринимается как общественная ценность, именно как общественная ценность, а предпринимательская деятельность – как один из ключевых источников развития страны. Государство может в определённых случаях осуществлять прямое вмешательство в экономику, но по действительно необходимым и понятным для бизнеса поводам или в условиях кризиса, а правоохранительные органы обязаны защищать организации всех форм собственности, и делать это эффективно. При этом мы должны создать такую модель, когда правила игры для ведения бизнеса в России могли бы достойно конкурировать на международном уровне, а в формировании этих правил участвовали бы все. Сочетание этих принципов и слаженных действий Правительства, всех органов государственной власти, местного самоуправления, я надеюсь, позволит достичь тех рубежей, о которых я сказал. Именно по этим показателям и будут судить об эффективности деятельности (работы) будущего Правительства. Ещё один важнейший краеугольный показатель, на мой взгляд, о котором я говорил, хочу ещё его назвать – это увеличение ожидаемой продолжительности жизни, это синтетический показатель. Цель – не менее 75 лет к 2018 году. В эти же сроки качество жизни большинства российских семей должно прийти в соответствие с базовыми характеристиками среднего класса. Речь идёт и о возможности регулярно менять свои жилищные условия, доля семей с доходами ниже прожиточного минимума должна быть устойчиво менее 10 %. За период до 2020 года должно быть создано не менее 25 млн. эффективных рабочих мест, в первую очередь, конечно, не в сырьевых отраслях экономики. Безработицу необходимо ограничить уровнем не более 5 %. Производительность труда повысить в 1,5 – 2 раза. Это ключевая вещь. Пока нам в этом смысле этого сделать не удавалось. Для этого нужно улучшить условия ведения бизнеса таким образом, чтобы во всех авторитетных рейтингах предпринимательского климата Россия находилась в лидирующих позициях: сначала внутри первых сорока, а потом и в первой двадцатке. И, конечно, мы должны войти в число ведущих стран по показателям инновационного развития, сделать так, чтобы несколько российских университетов оказались в первой мировой сотне лучших вузов, а по уровню внедрения электронных технологий Россия просто обязана быть в первой десятке среди стран мира. Вчера, кстати, все эти показатели были зафиксированы в качестве поручений Правительству в известном очень системном и комплексном наборе указов Президента России. Уважаемые коллеги, теперь о том, что считаю необходимым сделать для достижения этих целей, в том числе о приоритетах кабинета министров в случае, если вы мне его доверите возглавить. Остановлюсь на конкретных вопросах бюджетной и налоговой политики, расширения конкурентной среды и децентрализации, создания современной инфраструктуры и развития отдельных отраслей экономики, строительства комфортного жилья и улучшения качества социальных услуг. Но хотел бы сразу подчеркнуть, всё, что должно и будет делать Правительство, это продолжение той стратегии модернизации, которая уже началась и которая уже сейчас реализуется в нашей стране. Всё, что было заявлено в предыдущие годы, должно быть доведено до успешного завершения, чтобы каждый раз не начинали работать с чистого листа. Теперь суммарно по основным направлениям. Первое. О бюджетной политике. Ежегодные процедуры формирования федерального бюджета уже стартовали. Важно принять в этом году новую редакцию Бюджетного кодекса. Она должна учесть опыт бюджетной политики последнего десятилетия, обеспечить в дальнейшем стабильность законодательства и повысить эффективность расходов бюджетов всех уровней, а также оптимизировать распределение между ними ресурсов и полномочий с акцентом на существующую и будущую децентрализацию. Рассчитываю по этому вопросу на вашу поддержку. Со следующего года мы должны ввести в действие очень важное бюджетное правило, конкретную формулу предлагаю обсудить вместе, но принцип направления сверхдоходов от сырьевого экспорта в Резервный фонд считаю необходимым сохранить. Это лучшая гарантия от самых тяжёлых последствий глобального кризиса. Мы с этим столкнулись, и на каких бы разных позициях мы ни стояли, давайте всё-таки признаемся откровенно себе в том, что Россия с минимальными издержками вышла из финансового экономического кризиса. Посмотрите на Европу и на другие страны. После достижения предельной величины Резервного фонда (по мнению экспертов, это может быть не менее 7 % ВВП) более половины дополнительных доходов должны аккумулироваться в Фонде национального благосостояния, который продолжит служить страховкой для нашей пенсионной системы. Оставшиеся средства считаю возможным использовать на финансирование инфраструктурных и иных приоритетных проектов. Это могут быть значительные деньги. При этом допустимый дефицит федерального бюджета предлагаю ограничить после переходного периода 1 % валового внутреннего продукта. Другой первоочередной задачей является полномасштабное внедрение в деятельность Правительства программно-целевого принципа. На сегодняшний день утверждён перечень, который включает в себя 41 государственную программу. Целесообразно, начиная уже с 2014 года, формировать бюджет на основе госпрограмм с определением долгосрочных целей и путей их достижения. Не менее половины государственных программ должны быть утверждены в этом году. У нас, кстати, есть для этого все возможности, если напряжёмся как следует. С учётом своего академического прошлого я не могу не использовать некоторых цитат. Поэтому в данном случае мне вспоминается цитата одного из классиков, а именно, не поверите, Фридриха Энгельса, который говорил так: «Каждый шаг действительного движения важней дюжины программ». Абсолютно точно. Чтобы ускорить переход на новые принципы работы, предлагаю не менее пяти государственных программ утвердить до принятия закона о федеральном бюджете и начать их реализацию уже со следующего года. В частности, это касается государственных программ в сферах образования, науки и технологий, сельского и лесного хозяйства, охраны окружающей среды и культуры. В ближайшие три года должна быть сформулирована единая информационная среда государственного управления. И ядром должна стать программа «Электронный бюджет». Все необходимые решения Правительству нужно принять не позднее осени этого года, а к 2018 году доля граждан, которые используют механизм получения государственных и муниципальных услуг в электронной форме, должна быть не менее 70 %. В ближайшие месяцы надо завершить работу над законопроектом о федеральной контрактной системе в сфере закупок товаров, работ и услуг. Мы сегодня с коллегами об этом говорили. Её основные механизмы нужно распространить и на закупки компаний, которые находятся под контролем государства. Ну и, наконец, 94-й [Федеральный] закон о необходимости замены которого так долго говорили депутаты Государственной Думы, должен прекратить своё существование. О налоговой политике. Естественно, сбалансированность и устойчивость бюджетной системы во многом зависит от предсказуемости и рациональности налоговой политики. Её стимулирующая функция должна быть существенно усилена. Выделю в связи с этим три основные темы. Во-первых, надо обеспечить введение в действие с 2013 года патентной системы налогообложения для значительной части малого бизнеса. Кроме облегчения нагрузки на предпринимателей, это позволит расширить доходную базу местного самоуправления. Это для нас ключевая вещь, имея в виду курс на децентрализацию, её поддерживают абсолютно все фракции. Во-вторых, считаю правильным внедрить дополнительные налоговые стимулы для создания новых производств и модернизации основных фондов. Одна из возможных мер – это налоговые каникулы. Предлагаю обсудить целесообразность их введения именно на площадке Государственной Думы. Другая мера – это освобождение от налога на имущество вновь вводимой активной части оборудования. Потери, которые будут возникать, можно компенсировать за счёт поэтапной отмены льгот на имущество естественных монополий. Также более высокие налоги должны платить владельцы дорогой недвижимости и транспорта. Правительство уже такое решение одобрило. В-третьих, ставки акцизов на табак и алкоголь должны расти темпами, которые существенно превышают инфляцию. Целесообразно повысить их сверх тех значений, которые уже зафиксированы в Налоговом кодексе на среднесрочную перспективу, с направлением всех дополнительных доходов в бюджеты регионов. Одновременно, чтобы избежать расширения нелегального рынка, необходимо провести работу по гармонизации ставок акцизов на такого рода продукцию в рамках Таможенного союза. И, кстати, может быть, предпринять целый ряд мер по алкогольному рынку, которые мы сегодня и вчера обсуждали с коллегами из Государственной Думы. Обсуждаются и должны быть сформулированы Правительством в течение ближайших месяцев и другие возможности, связанные с реформированием налоговой системы. При этом есть важнейшее условие – предпринимаемые меры не должны увеличивать налоговую нагрузку на несырьевые отрасли экономики. В целом государство должно создавать равные условия для деятельности предприятий, внедрять механизмы, стимулирующие добросовестную конкуренцию, следует усилить антимонопольные нормы и санкции в отраслевом законодательстве, повысить прозрачность деятельности самих антимонопольных органов, в том числе представляя большие полномочия соответствующим общественным советам. Классики экономической мысли говорили о том, что конкуренция – наиболее эффективное средство для достижения и обеспечения благосостояния, она даёт возможность всем людям пользоваться хозяйственным прогрессом и уничтожает необоснованные привилегии (это уже не классики марксизма-ленинизма, а Людвиг Эрхард). Расширить возможности рыночной конкуренции. Это позволит нам снизить долю государственной собственности. Но во всём, что касается стратегических компаний, нам нужно действовать аккуратно. И тем не менее действовать по целому ряду направлений необходимо, направляя все дополнительно полученные средства на решение социальных и инфраструктурных задач. Таких задач много, и решать их нужно не столько в московских кабинетах, сколько на местах. Надо обеспечить регионам и муниципалитетам реальную самостоятельность, избавить их от избыточной регламентации сверху, дать, наконец, импульс к развитию. Выиграет тот, кто привлечёт на свою территорию инвестиции, новые технологии, квалифицированных специалистов, создаст качественную инфраструктуру. Теперь об инфраструктуре. Напомню, что впервые в новейшей истории будет обеспечено финансирование ремонта и содержания федеральных автодорог в соответствии с нормативами, потому что эта сфера очень непрозрачная. В среднесрочной перспективе будет введена в эксплуатацию совокупность из 15 взлётно-посадочных полос и завершена реконструкция наиболее значимых аэропортов. Это ключевой вопрос для сохранения единого пространства. Продолжена политика субсидирования воздушных перевозок из регионов Сибири и Дальнего Востока и Калининградской области. Это социальная мера, мы обязаны её продолжать. К 2014 году будет введено в эксплуатацию более тысячи километров новых железнодорожных линий. Общие инвестиции в их строительство составят порядка триллиона рублей. Возрастёт в полтора раза и суммарная мощность морских портов, существенно обновится флот. Предусмотрено внедрение новейших систем навигации, коммуникаций, систем связи и наблюдения, которые обеспечивают безопасную и эффективную эксплуатацию транспортных маршрутов и логистических центров. Число происшествий (это тоже ключевой показатель, мы сегодня говорили на эту тему с коллегами) должно быть сокращено к 2015 году как минимум на 30 %. Всего на развитие транспортного комплекса в течение трёх ближайших лет только из федерального бюджета будет направлено более 2 трлн. рублей. Уже в ближайшее время необходимо создать все условия, включая формирование или корректировку существующей нормативной базы, для масштабного внедрения в практику инфраструктурных облигаций, концессий, контрактов так называемого жизненного цикла. Предстоит решить задачу гармонизации российской и международной правовой базы транспортной системы, унификацию технических стандартов и соответствующих технологий. Теперь ещё об одной нашей ключевой сфере, которую мы обсуждаем, – об энергетике. Её инфраструктура развивается в соответствии с долгосрочной стратегией на период до 2030 года и генеральными схемами развития отдельных секторов энергетики. Ежегодно в единую энергетическую систему России инвестируется до 1 трлн. рублей, но далеко не всегда эти инвестиции дают тот эффект, на который мы рассчитываем, и мы об этом тоже сегодня говорили. Начата большая работа по повышению энергоэффективности. Задача остаётся прежняя, она очевидна для всех – к 2020 году нам нужно добиться снижения энергоёмкости валового внутреннего продукта на 40 % к уровню 2008 года. Эта задача достижима. Кроме того, сама энергия должна стать по своему качеству чище. Объем производства электроэнергии с использованием возобновляемых источников должен возрасти с 1 % до не менее чем 2,5 % к 2015 году. Эти меры позволят существенно улучшить и экологическую ситуацию в стране. Считаю крайне важным установить федеральные стандарты надежности качества и энергоэффективности в сфере жилищно-коммунального хозяйства. У наших людей должна быть возможность получать полноценный набор этих услуг за те совсем не маленькие деньги, которые эти услуги сегодня стоят, а доля этих платежей в доходах семей должна быть стабилизирована если не в короткой перспективе, то хотя бы в среднесрочной. По жилищной сфере тоже очень важная задача – нам нужно повысить комфортность самого жилья и улучшить жилищные условия миллионов семей. Скажу, что для этого за последние годы мы приняли целый ряд важных решений. Только в рамках программы переселения из аварийного жилья Фонда содействия реформированию ЖКХ новое жильё получили более 200 тыс. семей. Подготовлен законопроект о продлении деятельности Фонда до конца 2015 года. Это потребует выделения дополнительного финансирования из бюджета всех уровней не менее чем на 400 млрд. рублей, но результат ещё важнее. С учётом уже завершенных программ капитального ремонта свои жилищные условия смогут улучшить до 30 млн. человек. У нас есть очень резонансные программы, которые начинались некоторое время назад и которые должны быть обязательно завершены. Я напомню, что практически четыре года назад, как раз накануне Дня Победы, мною был подписан Указ, который касался обеспечения жильём ветеранов Великой Отечественной войны. С тех пор мы много над этим работали. Выполнение этого Указа завершается. Всего на эти цели направлено более 250 млрд. рублей. Никогда такие деньги не тратились на жильё ветеранов. Жильё получили уже более 200 тыс. человек. Это наша особая ответственность перед ветеранами, и, конечно, мы доведём эту программу до конца. Жилищная проблема остаётся в кругу постоянных вопросов. И она активно решалась рыночными методами. За последние четыре года ипотечными программами воспользовались около полутора миллионов семей. Но этого всё равно недостаточно. Правительство должно реализовать программы повышенной доступности ипотеки для отдельных, наиболее уязвимых категорий наших людей, тех, которые неспособны платить больше деньги за ипотеку. Я имею в виду бюджетников. Это учителя, врачи, молодые учёные, инженеры. Для них необходимо создать, как мы и договаривались, специальный ипотечный продукт с тем, чтобы не менее миллиона российских семей могли пользоваться этими механизмами ежегодно, сочетая их, конечно, и с другими возможностями, например, с бесплатным предоставлением земельных участков для семей с тремя и более детьми. Необходимо, и мы также сегодня, коллеги, это с вами обсуждали и вчера, совершенствовать законодательство в целях развития рынка арендного жилья и распространения практики создания жилищных кооперативов, а также устранить недостатки в сфере управления жилищным фондом. Их очень много. Это действительно очень тяжёлая, очень консервативная и очень ёмкая в коррупционном отношении сфера. Там нужно навести порядок, потому что больше терпеть это невозможно. Уважаемые коллеги, теперь несколько слов о промышленности. На сегодняшний день принято 12 отраслевых стратегий развития, которые определяют политику в промышленной сфере. Естественно, кризисные явления последних лет внесли коррективы в намеченные планы. Но сегодня можно с уверенностью сказать: антикризисные меры позволили не допустить деградации и потери производственного потенциала. Но, к сожалению, каких-либо серьёзных структурных сдвигов в промышленном секторе мы пока не видим. И это тоже правда. Здесь ещё очень многое предстоит сделать. Ответственные задачи стоят перед оборонно-промышленным комплексом. На производство современных вооружений и военной техники будут направлены громадные средства – 20 трлн. рублей. Мы эту цифру всё время поднимаем, обсуждаем (кто-то с энтузиазмом, кто-то с негодованием), но очевидно, что такие деньги должны быть истрачены грамотно, они должны дать необходимую отдачу, в том числе за счёт совершенствования системы управления в сфере оборонного комплекса и оборонного заказа. В ближайшее время необходимо принять соответствующие нормативные акты. Это позволит соответствующим образом оснастить наши Вооружённые Силы и обеспечить нашу меняющуюся, в конечном счёте – профессиональную армию необходимым арсеналом современных средств. Одним из эффективных инструментов модернизации и инновационного развития должна стать система национальной стандартизации. В ближайшее время необходимо разработать около 6 тыс. стандартов, что позволит ежегодно обновлять до 10 % национальных стандартов в целом. Это соответствует показателям, которые достигнуты в развитых странах. Не менее 60 % российских стандартов должны быть гармонизированы с международными. Теперь об инновациях. Стратегической задачей является достижение мирового уровня исследований и разработок, глобальная конкурентоспособность России на этом направлении. В последние годы финансирование фундаментальной науки было увеличено почти в два раза, а прикладных разработок – более чем в четыре раза. Общий объём ежегодных вложений государства в исследования только гражданского назначения превысил 400 млрд. рублей. Но нам необходимо активнее развивать формы государственной поддержки исследований и разработок, которые проводятся на докоммерческой стадии. Очень важно сформировать такую систему приоритетов на прорывных направлениях, такие механизмы реализации этих приоритетов, которые создадут основу для технологического превосходства отдельных секторов экономики, повысят восприимчивость к новым глобальным технологическим сдвигам. В среднесрочной перспективе нам потребуется оптимизировать сеть научных организаций, причём не бездумно, в соответствии с какими-то волевыми критериями, а с учётом их эффективности, за счёт участия в мегапроектах мирового уровня. Нам нужно развивать глобальную инфраструктуру научных исследований, увеличить финансирование через научные фонды путём выделения субсидий предприятиям-заказчикам НИОКР, поддержать их исследовательскую деятельность в кооперации с высшей школой и, конечно, академическими институтами. Один из таких проектов – известных проект в Сколково. Он, конечно, не является панацеей, но наша задача совместить возможности Сколково с потенциалом других элементов национальной инновационной среды, в том числе с институтами развития, с технопарками и с нашими наукоградами, которые далеко не всегда находятся на должном уровне. Соглашения, уже заключённые с крупнейшими мировыми корпорациями, подтверждают в целом доверие к такому инвестиционному проекту. Уважаемые депутаты Государственной Думы! Несколько слов, но важных слов – о приоритетах социальной политики. Среди безусловных задач – создание достойных условий для жизни граждан России, для самореализации человека. За последние годы мы последовательно наращиваем инвестиции в человеческий капитал, занимаемся комплексной модернизацией социальной сферы, национальных систем образования и здравоохранения. Особое внимание уделяем совершенствованию демографической политики. Мы сегодня долго на эту тему разговаривали. Сдвиги видят все, но вопрос в том, как нам реализовывать её дальше. Мы знаем, что, по предварительной оценке Росстата, показатель ожидаемой продолжительности жизни в 2011 году превысил 70 лет. Это самый высокий показатель с 1987 года. И это суммарный показатель, потому что он указывает нам на то, что жизнь меняется в целом в лучшую сторону, и средства, которые мы применяем, всё-таки имеют свою эффективность. Далеко не всегда они достигают быстрого результата, но эффективность есть. Мы приступили к реализации второго этапа концепции демографической политики, который рассчитан на период с 2011 по 2015 год. По предварительным расчётам, в демографические проекты будет вложено порядка 1,5 трлн. рублей. Должны быть разработаны и дополнительные меры социальной поддержки многодетных семей. Мы сегодня тоже на эту тему рассуждали: надо поддерживать не только рождение ребёнка, надо поддерживать семьи в целом, включая меры, направленные на создание условий для совмещения профессиональных и семейных обязанностей. Особое внимание будет уделено родителям, которые испытывают трудности на рынке труда. Это матери малолетних детей, многодетные родители, родители детей-инвалидов. О здравоохранении. Продолжится реализация мероприятий по снижению смертности населения, в том числе в результате дорожно-транспортных происшествий, сосудистых и онкологических заболеваний, а также по формированию у граждан мотивации к здоровому образу жизни, по расширению возможностей для занятий физкультурой и массовым спортом. Уже приняты законодательные основы, необходимые для реструктуризации системы здравоохранения и повышения качества предоставления медицинских услуг. Теперь российским гражданам, которые застрахованы в системе ОМС [обязательного медицинского страхования], будет гарантировано получение медицинской помощи на всей территории России, дано право выбирать и страховую, и медицинскую организацию, и в конечном счёте выбирать врача, что очень важно. Законом также обеспечен равный доступ к системе ОМС для медицинских организаций любой формы собственности. Всё это должно создать условия для конкуренции за пациента. С 2013 года во всех медицинских учреждениях помощь будет оказываться в соответствии со стандартами. На их внедрение уже направлено более 100 млрд. рублей. Всего же на региональные программы модернизации системы здравоохранения за два года выделено 460 млрд. рублей. Одна из ключевых задач – повышение уровня зарплат медицинских работников. За два ближайших года фонд заработной платы увеличится на 30 – 35 %, что должно помочь решить отрасли целый ряд кадровых проблем. Динамика обновления технологий здесь за последние годы очень часто превышала динамику подготовки и переподготовки медицинского персонала (об этом мы тоже говорили). Считаю, что этим вопросом Правительство должно заняться предметно, и соответствующую программу нужно разработать в самые короткие сроки. Теперь об образовании. Социальная справедливость, равенство возможностей для всех российских граждан во многом определяются доступностью и качеством образования. Несмотря на серьёзные проблемы посткризисного характера, мы приступили к большому проекту поддержки российской школы. За три года в школу будет инвестировано из федерального бюджета 120 млрд. рублей. Столько же должны вложить регионы. А всего в рамках государственной программы развития образования в ближайшие восемь лет только из федерального бюджета будет выделено до 5 трлн. рублей. Это расходы на образование. Значительная часть этих средств пойдёт на повышение зарплаты учителей. В целом их заработки уже приблизились к средним по экономике, но нам предстоит утвердить образовательный стандарт подготовки учителей, усовершенствовать процедуру их обязательной аттестации, обновить всю систему педагогического образования. Начат постепенный переход на новые федеральные государственные стандарты в начальных и средних классах. В ближайшее время должен быть утверждён новый стандарт для старшей школы. В результате публичного обсуждения был серьёзным образом доработан проект Закона об образовании, хотя, я понимаю, и сейчас он далеко ещё не всех устраивает, но нам нужно, уважаемые коллеги, ставить точку. Дискуссия об этом была и вчера и сегодня. Лучшее – враг хорошего. Пора останавливаться. Считаю, что в соответствии с теми поручениями, которые есть на эту тему, да и просто с потребностями жизни, этот закон должен быть принят до конца текущего года, а внесён уже летом. Таким образом, будет сформулирован эффективный механизм, который позволит гражданам реализовать своё право на получение качественного, доступного и востребованного образования. Аналогично школьному образованию мы намерены развернуть программу модернизации дошкольного образования и за четыре года в полном объёме обеспечить всех нуждающихся услугами дошкольного образования (об этом был также разговор и вчера, и сегодня), а зарплату работников в этой сфере довести до средней по образованию. Об этом мы говорили неоднократно. Я рассчитываю, что регионы отнесутся к этой задаче как к приоритетной. Я утвердил некоторое время назад Концепцию национальной системы выявления и развития молодых талантов. Теперь нужно, чтобы во всех регионах заработали конкретные программы и была создана, может быть, федеральная программа или федеральный план. Каждый ребёнок с раннего возраста должен быть вовлечён в творчество, имея возможность раскрывать свои способности. Завершается работа по подходам к оптимизации высшей школы и реорганизации вузов, которые не обеспечивают качественного образования. Это тоже тема, которая набила оскомину. Мы должны рационально отнестись к нашей системе вузов. Сформирована группа лидеров, которая включает 40 ведущих университетов. Но наш ориентир должен быть высоким, потому что всегда надо ставить перед собой амбициозные цели. Речь идёт о вхождении как минимум пяти из них в первую сотню мировых рейтингов. А за этими пятью, естественно, подтянутся и другие. О культуре. Впервые за многие годы в Бюджетном послании в качестве одного из приоритетов бюджетных расходов определена поддержка сферы культуры. Считаю, что приоритетность должна сохраниться и в долгосрочной перспективе. Мы вчера тоже на эту тему говорили с коллегами. Обычно спрашивают: «Почему у нас культура не является приоритетной отраслью?» Потому что, собственно, мы все к этому так относимся. Мы все должны в этом случае принять для себя целый ряд решений: или это наш приоритет, или мы каждый раз будем отчитываться о несделанном. Здесь, кстати, очень важно сформировать и современное законодательство в сфере культуры. Правительство утвердило федеральную программу «Культура России». На её реализацию потребуется около 200 млрд. рублей. Более половины этих средств будет направлено на реставрацию объектов культурного наследия народов России и поддержку музеев. Необходимо провести и информатизацию отрасли, создать электронные ресурсы для сохранения и популяризации культурного наследия. Создаётся единый портал о культуре России. Его запуск намечен на конец этого года. Но мы не должны заниматься только виртуальными проектами. Потому что когда мы говорим об оцифровке, когда мы говорим об интернете – всё это хорошо, мне например, это очень нравится, но культура требует и прямых материальных вложений. Культурные ценности должны быть доступны для всех людей, которые живут в самых отдалённых частях нашей страны. Уважаемые коллеги, хотел бы сказать также простую вещь. Роль Государственной Думы в достижении названных целей, а они весьма серьёзные, исключительно высока. Я рассчитываю на вашу поддержку и на тот опыт, который был накоплен за последние годы, на конструктивное и в то же время критическое обсуждение законодательных инициатив Правительства, в конечном счёте – на результативную законотворческую работу. Закончу ещё одной мыслью, которая принадлежит Жан-Жаку Руссо, который говорил: «Мудрый законодатель начинается не с издания законов, а с изучения их пригодности для общества». Эту работу мы обязаны делать вместе, тем самым формируя и комплекс новых законов, которые в полной мере отвечают интересам граждан в целях формирования современной государственной политики. Я готов сделать всё необходимое для плодотворного сотрудничества Правительства с депутатским корпусом. И самое последнее, о чём я сегодня говорил и вчера по время консультаций. Если вы окажете мне доверие, на посту Председателя Правительства я буду открыт к контактам и консультациям, к диалогу со всеми политическими силами. Деятельность Правительства в конечном счёте должна отвечать интересам всех граждан страны. И здесь я искренне рассчитываю на вас, на людей, которые постоянно общаются с нашими гражданами, с гражданами Российской Федерации. Благодарю вас за внимание.

Директоров школ выбирать на конкурсной основе

2012-04-23T09:00:00+04:00

На совещании по вопросам школьного образования, 19 апреля 2012 Д.МЕДВЕДЕВ: Во-первых, очень важно, чтобы в школах были не только здоровые педагогические коллективы, но и неплохо, чтобы у школы был сильный директор. И конечно, от личности директора очень многое зависит. Желательно, конечно, чтобы директоров выбирали на конкурсной основе с публичным представлением программы развития учебного заведения, и чтобы было видно, чем будет заниматься кандидат на соответствующую позицию. Также, на мой взгляд, неплохо, чтобы были временные ограничения срока трудового контракта, условия расторжения трудового контракта – не потому, что мы не уважаем директоров учебных заведений, а просто потому, что должны быть какие-то критерии оценки работы. Но эффективность работы руководителей образовательных учреждений имеет смысл оценивать по конкретным показателям, но и, конечно, с учетом мнения родителей и, естественно, учеников тоже. Я поддерживаю идею, которая, насколько я понимаю, была высказана о создании саморегулируемой организации директоров школ. Мы вообще сейчас любим передавать полномочия саморегулируемым организациям. Это действительно цивилизованный мировой путь, когда сама корпорация определяет лучших, и, с другой стороны, освобождается от худших. Поэтому если такая идея есть, можно было бы подобную организацию создать. Ей могут быть, кстати, переданы и полномочия по аттестации, по сертификации различных стажировочных площадок и, конечно, должна быть зафиксирована реальная ответственность организации за те решения, которые ею принимаются. Давайте это обсудим. Вся стенограмма http://news.kremlin.ru/transcripts/15073

Государство и интернет: появились новые институты

2012-04-18T10:00:00+04:00

Д.МЕДВЕДЕВ: Дорогие друзья! Я хотел бы прежде всего поприветствовать всех участников Российского интернет-форума – конференции «Интернет и бизнес»! Ваши ежегодные встречи уже стали одним из ключевых событий в жизни Рунета. А Рунету есть чем похвалиться. Он развивается очень динамично. Вы лучше, чем кто бы то ни было, знаете, что по итогам прошлого года зона «.ru» находится фактически на 4-м месте в мировом рейтинге национальных доменов, а Россия вышла в европейские лидеры по числу пользователей Сети – прежде всего, благодаря росту количества пользователей в регионах, что особенно, конечно, отрадно. Всё это, конечно, увеличивает спрос на онлайн-проекты, особенно коммерческие. И это одна из главных тем на нынешнем форуме. Сегодня клиентами сетевого бизнеса являются люди из разных социальных и возрастных групп: от школьников до пенсионеров. Миллионы людей в России через интернет уже покупают товары, билеты железнодорожные, авиационные, бронируют гостиницы, заказывают различные услуги. Совсем недавно это казалось фантастикой. Но самое главное, что это реально делает жизнь людей комфортнее. Поэтому государство должно создавать условия для дальнейшего расширения онлайн-бизнеса, тем более что он не требует сверхбольших инвестиций. В период глобального кризиса этот бизнес показал достаточно высокую устойчивость. А перспективы его развития на сетевом рынке зависят, прежде всего, от настойчивости самих создателей проектов и от их креативности. Это отличная возможность для молодых людей попробовать себя в деле. Кстати, ещё одной темой интернет-форума является подготовка кадров для IT-отрасли. Инструмент интернета – он универсален, а значит, может быть использован как во благо общества, так и во вред. Думаю, сегодня ни у кого нет сомнений в том, что за публикацию в Сети заведомо ложных сведений, которые порочат чью-либо честь, достоинство, деловую репутацию, за распространение детской порнографии, за пропаганду терроризма, межнациональной и религиозной вражды надо жёстко наказывать. Правоохранительные органы должны и будут этим заниматься. Но речь не идёт и не будет идти о какой-либо цензуре в интернете. Это невозможно, я неоднократно об этом говорил. Это просто бессмысленно. Ещё один очень важный вопрос – правовое регулирование отношений внутри самой Сети. В прошлом году я поручил подготовить предложения по изменению законов, чтобы дать авторам возможность предоставлять свои произведения неограниченному кругу лиц, всем, кто заинтересован, на условиях свободных лицензий. Такая работа была проделана с учётом, кстати сказать, мнения интернет-сообщества. Я неоднократно эту тему обсуждал и недавно внёс в парламент новую редакцию Гражданского кодекса. А предложения, которые касаются свободных лицензий, будут включены в эту редакцию при рассмотрении законопроекта во втором чтении. Возможности интернета, социальных сетей, блогосферы стоит использовать, чтобы сделать власть более открытой и прозрачной, чтобы расширить участие граждан в решении самых важных вопросов, чтобы повысить качество государственного управления. Важно, что сегодня заработала общественная экспертиза законопроектов. Впервые в 2010 и 2011 году на обсуждение были вынесены несколько проектов законов. Специально для этого созданы достаточно удобные, на мой взгляд, интерфейсы и механизмы обратной связи. Граждане могли не только высказывать своё мнение, но и предлагать конкретные формулировки статей закона. В результате документы, которые внесены в Государственную Думу, заметно отличались от первоначальных, предложенных к обсуждению. Как и у всякой истории, были, конечно, и негативные моменты, прежде всего это издержки анонимности. Например, через рейтинговое голосование накачивались заведомо неприемлемые идеи, а то и просто глупости. А участие в принятии государственных решений – это серьёзное дело, в котором нет места графоманам, а также тем, кто заходит в Сеть, чтобы, как принято говорить, только гадить в комментах. Именно поэтому система общественной экспертизы законопроектов в рамках «Открытого правительства» требует регистрации экспертов через портал государственных услуг. В результате – интересный момент: число участников дискуссии уменьшилось на несколько порядков, но качество предложений стало принципиально другим. И это необходимое условие для реальной работы – работы, которая требует не только инициативы, но и ответственности. Прошлой осенью я выступил с идеей «Открытого правительства». И уже сейчас видно, какой значительный экспертный потенциал мы не использовали раньше. Теперь каждый гражданин или объединение может зарегистрироваться на портале «Большое правительство.рф» и там вносить свои предложения. Эти предложения будут рассматриваться Общественным комитетом, экспертами, пройдут рейтинговое голосование и смогут стать законодательной инициативой. Важно, что такая работа находит продолжение в аналогичных региональных инициативах. Может быть, это ключевая вещь, потому что я считаю, что основа электронной демократии – сайты региональных органов власти и местного самоуправления, потому что они ближе к потребностям обычных людей. Здесь нужны технологии модного сегодня краудсорсинга при проведении электронных референдумов, при обсуждении инициатив, острых проблем города, деревни или просто отдельного двора. Ведь латать все ямы «через Москву», даже через виртуальную Москву – просто нереально, да и бессмысленно. Дорогие друзья, я ровно три года назад, в дни проведения Российского интернет-форума, открыл свой блог в «Живом журнале». В нём я поднимал и темы, которые нуждаются в общественной обкатке, на которые в системе государственного управления пока нет ответов. Я благодарен всем комментаторам, искренне благодарен. Конечно, глава государства физически не в состоянии лично ответить каждому из вас. Но могу заверить, что наиболее предметные и хорошо аргументированные мысли в конечном счёте доходят до целевой аудитории и прямо или косвенно влияют на принимаемые решения. Современное государство не может эффективно работать без этих технологий. Поэтому мы будем развивать их и дальше, создавать условия для сближения граждан и институтов власти через интернет. И я, конечно, продолжу вести свой блог и присутствовать в социальных сетях. Всё это – новые общественно-политические институты и практики, которые даже три-четыре года назад были лишь смелыми фантазиями, а сегодня они работают и, я уверен, будут развиваться по нарастающей. Ведь никто не сделает Россию лучше, кроме нас самих. Уповать на всезнание и всесилие бюрократии – значит потакать должностным злоупотреблениям. В современном сложном и быстро меняющемся мире у государства просто не хватит глаз за всем уследить и рук всё исправить. Стране нужны вы, активные и неравнодушные люди. И я на вас самым серьёзным образом рассчитываю.

Ментальные установки в отношении предпринимательства надо менять

2012-04-12T09:00:00+04:00

На заседании рабочей группы по формированию системы «Открытое правительство» на тему «Развитие конкуренции и предпринимательства» А.НАЗАРОВ: Бизнесом заниматься в России небезопасно. Предприниматель находится в особой группе риска, повышенное внимание криминала к нему, коррумпированного чиновничества, бюрократии, недобросовестных правоохранителей, рейдерство. Но при этом надо отметить, что и государство со своей стороны дополнительно создает еще одну проблему – с помощью несоразмерного наказания за экономические преступления создает дополнительный риск, который предприниматель на себе ощущает. Мы запросили статистику за 10 лет, сколько предпринимателей было осуждено. Дмитрий Анатольевич, придется еще раз Вас огорчить, дело в том, что это три миллиона человек. Д.МЕДВЕДЕВ: Кто Вам такую статистику дал? А.НАЗАРОВ: Мы запрашивали в правоохранительных органах, когда Вы вносили свои предложения по гуманизации, сколько вообще было осуждено за 10 лет. Понятно, что по экономическим статьям. Наверное, какая-то часть сюда попала не предпринимателей, но сложно привлечь просто гражданина, например, за незаконное предпринимательство, поэтому в подавляющем большинстве 90 процентов – точно предприниматели. В прошлом году у нас в стране зарегистрировано где-то 7,5 миллиона субъектов предпринимательства. Это соразмерность тех проблем, которые есть. Надо сказать, что у нас и сегодня в местах лишения свободы находится более 13 тысяч предпринимателей. Вы сегодня назвали правильную цифру (120 тысяч), но это осужденные предприниматели, которые отбывают наказание, не связанное с лишением свободы. В итоге 13 тысяч в местах лишения свободы, плюс 120, у которых условные штрафы и другие виды наказания, тем не менее, конечно, они выпадают из оборота предпринимательской жизни. Д.МЕДВЕДЕВ: И у них судимость появляется. А.НАЗАРОВ: Судимость и потом все правовые ограничения, соответственно, а каждый осужденный (любой), и предприниматель в том числе, обходится нашей казне ежемесячно более чем в 17 тысяч рублей. Спрашивается, зачем его там держать, это можно было бы на пенсии направить. А вообще от потерянных рабочих мест, которые эти предприниматели могли бы создать, от налогов, которые они могли бы заплатить в бюджет, мы потеряли за это время более 250 миллиардов рублей. Это средняя цифра. Мое лично убеждение, что это гораздо больше, но это тот минимум, который можно было получить и, соответственно, на социальные нужды направить. По Вашей инициативе, при Вашей поддержке та гуманизация экономических статей Уголовного кодекса, которая была проведена, конечно, в некоторой степени изменила ситуацию, и за 2010 год уже на 11 процентов меньше привлечено было предпринимателей к уголовной ответственности, чем, например, в 2009-м. Но остались некоторые проблемы, которые необходимо обязательно решить, Дмитрий Анатольевич, для того чтобы двигаться дальше и говорить вообще о развитии предпринимательской среды и нормальном инвестиционном климате. Первое – конечно, надо продолжить изменение законодательства, в первую очередь статью 159 «Мошенничество», которая нам досталась еще с Уголовного кодекса 1960 года и, конечно, не отвечает сегодня экономическим реалиям, давно изменившимся. По ней около 30 тысяч ежегодно (по этой статье только одной) осуждают людей, она для правоприменителей очень «резиновая», ее всегда можно применить в гражданско-правовом споре, в любом хозяйственно-правовом споре. Что мы предлагаем? Мы предлагаем разделить ее на несколько отдельных статей, например, «Мошенничество в сфере строительства», «Мошенничество в банковской сфере», «Мошенничество в страховании» и так далее, как это сделано во многих странах мира. Например, в Европе мошенничество – это более 20 статей. Так нужно сделать и нам, для того чтобы мы по степени общественной опасности и наказание могли уже, соответственно, присуждать этим людям. Мы обязательно должны сделать так, чтобы наказание человека, впервые совершившего преступление, конечно, при условии, что он возместил ущерб, не было связано с лишением свободы. Есть масса других альтернативных видов наказания. И третий момент в этой части – обязательно во время следствия этих людей нельзя давать возможность взять под стражу. Это должен быть домашний арест или залог. Эти меры во всем мире показали себя нормально. У нас в стране тоже начинают, но после внесения в Уголовно-процессуальный кодекс статьи 108 (которая опять же по Вашей инициативе вносилась) – запрет на арест предпринимателей до суда, тогда 90 с лишним процентов предпринимателей арестовывались, сегодня статистика показывает 40–45 процентов. Все равно эта проблема не искоренена. Она, конечно, уже гораздо лучше, но тем не менее. А что? Это просто давление на бизнес во время следствия. Пока он несколько месяцев (в лучшем случае несколько месяцев) в следственном изоляторе, бизнес захватывают, на него оказывается давление, он потом в наручниках приходит в суд, свидетели по-другому дают показания и так далее. Мы предлагаем изменить в Уголовно-процессуальном кодексе статью 20 для того, чтобы не было возможности возбудить уголовные дела по фактам, где нет заявления потерпевшего. Вообще по статистике более 90 процентов случаев, где нет заявления потерпевших. Можно считать, что там нет потерпевшей стороны. 170 тысяч уголовных дел ежегодно возбуждается, и только около половины доходит до суда по экономическим статьям. Это показатель того, что это используется как давление, возбуждается уголовное дело. С предпринимателем договариваются в том или ином варианте, потом дело прекращается. Поэтому если мы изменим Уголовно-процессуальный кодекс, мы создадим такую возможность, что есть заявление потерпевшего – давайте рассматривать. Для того чтобы не только изменить некоторые статьи Уголовного кодекса, но и изменить ситуацию в стране, на наш взгляд, необходимо послать сигнал всему предпринимательскому сообществу и всем гражданам, что теперь заниматься бизнесом не опасно. Для этого необходимо провести амнистию по преступлениям, совершенным в экономической сфере. Это должно коснуться 13 тысяч, которые находятся в местах лишения свободы. Причем, Дмитрий Анатольевич, я обращаю особо Ваше внимание на три с половиной тысячи людей в этих 13-ти. Это те люди, которые после гуманизации (Вы как Президент внесли законопроект и изменили Уголовный кодекс, 22 главу почти всю), эти три с половиной тысячи людей, даже после изменений, когда уголовный закон имеет обратную силу во время смягчения, не пересмотрены под разными предлогами, эти люди остались сидеть в местах лишения свободы. То есть получается, была проигнорирована гуманизация для этих людей. Этих людей надо вернуть к активной предпринимательской деятельности, а всей стране показать, что приоритеты государства изменились. И конечно же, надо обязательно снять судимость и другие виды наказаний со 120 тысяч, которые находятся не в местах лишения свободы, но сегодня ущемлены в своих правах, получили судимость и так далее. В завершение этого момента хотелось бы сказать. Экономические преступления – это не преступления против жизни и здоровья человека. Поэтому здесь срок погашения судимости должен быть как минимум в два раза меньше, чем по статьям терроризм, коррупция и другие общеопасные статьи, более опасные. И последний момент. Хотелось бы сказать, что уполномоченный по правам предпринимателей, в каком бы виде он ни появился, должен обязательно обладать особым процессуальным статусом, чтобы иметь возможность выступать с ходатайством в суде по пересмотру приговоров по тем делам, которые, понятно, незаконны или, скажем, недостаточно обоснованы. Это особый статус, без которого, конечно, мы не получим результат. Все эти меры, на наш взгляд, позволят нам говорить о том, что бизнесом в нашей стране будет заниматься достаточно безопасно, может быть, не полностью эта проблема исчезнет, но уже гораздо безопаснее. И если, соответственно, будет безопасно заниматься бизнесом в стране, то и конкурентоспособность наших предпринимателей будет выше,. Я.ЯКОВЛЕВА: Хотела бы также сказать, что, Дмитрий Анатольевич, Вы первый начали законодательные изменения в области конвейера арестов предпринимателей, это уже имело свое влияние, но нужно не останавливаться на этом, жизнь требует идти дальше. И сейчас необходимо провести модернизацию всего Уголовного кодекса в части экономических статей, включая, я еще раз повторю, статью 159, которая используется сейчас как расправа над предпринимателями. Ее использование пошло уже таким образом, что получение прибыли толкуется правоохранительными органами как извлечение корыстного интереса. Я могу привести пример предпринимателя в Астраханской области – Виталий Воробьев, он получил семь лет заключения, я сейчас зачитаю просто, в чем он был обвинен. Строительные работы он выполнял в военной части, потерпевших нет. Военная часть приходит на суд и говорит: «Пожалуйста, не считайте нас потерпевшими, у нас нет претензий». Тем не менее обвинительное заключение содержит такие фразы: «Завышена стоимость работ по разработке грунта на 10 тысяч рублей, установлен лишний выключатель в помещении, на 27 метров больше засыпана траншея, шнур утеплительный установлен в ворота на 70 метров длиннее». То есть образовывается некий эксперт, который говорит, что у меня есть опыт в строительных работах, и я знаю, что в этих воротах шнур должен быть на 70 метров короче. Человека сажают на семь лет. Он сейчас сидит, отбывает наказание. Так же в Астраханской области, по этому же принципу отбывает наказание целая семья, у которой был семейный строительный бизнес, семья Ермоленко. Там мама, папа, сын, дочка и бабушка. Бабушку посадили (70 лет), потом выпустили, она с ума сошла в тюрьме. То есть это нужно срочно останавливать, это наши предприниматели, это наши люди и мы их сажаем за получение прибыли. В этой связи действенным инструментом, по крайней мере показать то, что государство повернулось лицом к бизнесу, могла бы быть амнистия и амнистия широкая, именно включающая в себя статью 159 часть четвертую, потому что часто правоохранительные органы говорят, что это не предпринимательская деятельность и даже используют это как основание, чтобы не выпускать людей из тюрем. Вот тогда цифра будет (я все-таки поспорю с Андреем Назаровым) не 13 тысяч, а соглашусь с Дмитрием Анатольевичем Медведевым, все-таки она будет, наверное, ближе к 120 тысячам. Поэтому эти меры обязательно нужно предпринимать срочно. Модернизация Уголовного кодекса и широкая амнистия предпринимателей. Спасибо. Д.МЕДВЕДЕВ: Давайте я прокомментирую, потому что это резонансные, конечно, абсолютно вещи для всех предпринимателей. Может быть, это так доходит всегда проще, чем многие системные меры, которые мы пытаемся внедрять, я имею в виду изменения уголовной политики в государстве. По предложениям, которые были сделаны. Я знаю, что действительно статья 159 «Мошенничество» используется абсолютно по-разному, в том числе и является предметом манипулирования. Я не уверен, что ее можно разделить на отдельные статьи. Но если это можно, если это принесет эффект, я не против. Меня единственное, что смущает, я просто боюсь, что после деления этой статьи на несколько специальных составов – мошенничество в такой сфере, такой сфере – просто общее количество людей, которые будут по ней привлекаться, увеличится. Потому что была одна статья, а появится три. Но, может быть, и нет. Надо просчитать именно эффект в уголовно-политической сфере. Если это имеет смысл, можно сделать. Назначать наказания, не связанные с лишением свободы, впервые совершившим при условии возмещения ущерба. Абсолютно с этим согласен, на 100 процентов. В качестве меры пресечения применять залог и домашний арест. И сейчас уже применяется, но нужно применять гораздо шире. И это связано с некоторыми вещами, о которых я в конце скажу. Статья 20 УПК «Виды уголовного преследования». РЕПЛИКА: Без заявления потерпевшего. Д.МЕДВЕДЕВ: Да, значит, ввести запрет на возбуждение уголовного дела по экономическим статьям без заявления потерпевшего. В любом случае действительно нужно понять вообще, может ли в уголовном законе сохраняться конструкция, когда нет реального ущерба, причиненного имущественной сфере или личным интересам гражданина, юридического лица или государства, что влечет за собой уголовную ответственность. У нас такая конструкция действительно используется. Является ли это пережитком советской уголовно-правовой системы или нет – надо взвесить. Действительно, для уголовного права это странная вещь. Кстати сказать, в гражданском праве как раз подобные конструкции не используются, потому что для того, чтобы, например, кредитор мог потребовать от должника исполнения его обязательства, он должен доказать, что его имущественным интересам причинен ущерб. В противном случае суд никогда не присуждает возмещения, потому что, как принято говорить среди юристов, объем его интересов не изменился, то есть его реальная имущественная масса не уменьшилась. Но мы используем подобную конструкцию для уголовного права, когда невозможно понять, кто что потерял, но человек может получить реальный срок. Да, пожалуй, здесь надо обдумать изменения в Уголовном кодексе. А.НАЗАРОВ: Если мы переведем из публичного обвинения в частно-публичное… Д.МЕДВЕДЕВ: Да, можно и по этому пути пойти. Согласен. Если перевести из публичного обвинения в частно-публичное. А.НАЗАРОВ: В публичном обязательно достаточно рапорта оперативника, а в частно-публичном обязательно заявление потерпевшего. Д.МЕДВЕДЕВ: Для тех, кто не понимает (мы-то с коллегой разговариваем на одном языке), публичное – это то, которое государством возбуждается в государственных интересах обвинение. А частно-публичное – по заявлению лица… А.НАЗАРОВ: Потерпевшей стороны. А в данном случае 159-я – получается мошенничество, а возбуждается без заявления. Как бы не логично. Д.МЕДВЕДЕВ: Можно обдумать это, правда. По поводу сигнала обществу и некоторых мер, типа сокращения срока погашения судимости по экономическим преступлениям, я бы это приветствовал. Мне кажется, это правильно, потому что степень общественной опасности, как опять же юристы говорят, лиц, совершивших экономическое преступление, пусть даже реально совершивших, и, допустим, убийц и насильников, все-таки принципиально разная. Я просто не помню, какой срок сохранения судимости по 159-й, сколько лет? А.НАЗАРОВ: Особо тяжкое 10 лет, тяжкое 5 лет, нетяжкое до двух лет, они все одинаковые. Поэтому независимо, экономическое, 159-я туда же, в общем, это не ранжируется – экономическое, неэкономическое. Тяжкое, особо тяжкое и нетяжкое преступление, средней тяжести. Д.МЕДВЕДЕВ: Тогда нужно просто вводить дополнительные критерии в Уголовный кодекс на эту тему. А.НАЗАРОВ: Экономическое преступление. Д.МЕДВЕДЕВ: Да. Можно сделать? Мне кажется, это правильно. И теперь по поводу бизнесомбудсмена или прокурора. Я все-таки не считаю, что с прокуратурой – это дохлый номер. Я понимаю, почему вот у вас эта идея с прокурором может вызывать аллергию. Потому что претензий к прокуратуре много предъявляется и так далее. Вот у меня все-таки есть такой уже приличный опыт руководства страной на разных должностях. Кто такой омбудсмен, кто такой уполномоченный? Это один человек, у которого будет, допустим, 10 человек аппарата. Он просто не справиться с этим. Можно, конечно, использовать сеть уполномоченных, которая есть в регионах. Это неплохо. И, кстати сказать, пусть она сохраняется. Но все-таки без придания ему особых юридических функций по приостановлению подзаконных актов, по вмешательству, простите, по сути, в правоохранительную деятельность, это работать не будет. А если мы ему дадим такое полномочия, то это и будет прокурор. Он может называться омбудсменом, уполномоченным, но это будет прокурор. Но если создавать конструкцию внутри прокуратуры, это действительно должна быть отдельная абсолютно фигура. Может быть подотчетная только Генеральному прокурору или еще как-то. Все равно я считаю, что это важно. И второе, почему, мне кажется, это возможно и нужно. Вы зачитывали сейчас обвинительное заключение абсурдное, допустим. Но ведь их пишут люди, их очень много. И значительная часть этих людей, а у меня много моих товарищей, которые работают именно в органах следствия, прокуратуры, у них такое мышление. И это не потому что они негодяи… Кто-то, конечно, там, извините, продался и сделал это за деньги, но значительная часть делает это потому, что считает это правильным. Поэтому нам нужно менять ментальность сотрудников прокуратуры и следствия. Если мы этого не сделаем, они у нас будут мыслить так же приблизительно, как мыслили в 70 80-е годы, когда, например, само слово «спекулянт» или «спекуляция» рассматривалось как преступление. Ведь это сидит в подкорке очень большого количества лиц. Вот мы сейчас на бирже с вами находимся, здесь спекуляция – это обычная, ординарная деятельность. Нормальная деятельность по извлечению прибыли, законная и поощряемая. С.ГУРИЕВ: Из корыстных интересов. Д.МЕДВЕДЕВ: Естественно, в корыстных интересах лиц, участвующих в этой деятельности. А для довольно значительной части наших людей спекуляция до сих пор – это если не преступление, то что-то абсолютно аморальное. Хотя это деятельность, дозволенная во всем мире в определенных рамках. Поэтому, мне кажется, нужно очень серьезно все-таки стараться изменить мышление сотрудников правоохранительных органов. Без этого наши попытки просто отреформировать эту систему будут безуспешными. Пойдем дальше. С.ГУРИЕВ: Что касается сигнала, изменения ментальности. И Андрей, и Яна говорили об амнистии, мне кажется, это был бы очень значимый и существенный сигнал. Это будет не поручение, не институциональное изменение, не план на десять лет перейти на 20-ю позицию. Можно ли действительно определить, например, тех людей, которые сейчас сидят в тюрьме, по составам, которые Вами были уже декриминализированы в последние годы, можно ли им рассчитывать на то, что в ближайшее время они выйдут на свободу? Д.МЕДВЕДЕВ: Смотрите, амнистия – вещь вполне возможная, в народе непопулярная по понятным причинам, потому что, опять же, все вспоминают «Холодное лето 53-го», или еще что-нибудь подобное, но в принципе как сигнал это можно было бы продумать, при этом мы должны апеллировать к Государственной Думе, потому что амнистию объявляет парламент, а не Президент. Президент наделен только правом помилования. Давайте обсудим это с парламентом и с отдельными фракциями. Вся стенограмма http://kremlin.ru/news/14995

Нужно ли федеральное бюро по борьбе с коррупцией?

2012-03-27T09:00:00+04:00

На заседании рабочей группы по формированию системы «Открытое правительство» 22 марта 2012 года С.АЛЕКСАШЕНКО: Мы предлагаем создать специальный федеральный орган по борьбе с коррупцией. Мы понимаем критику, которую высказал Ермолай [Солженицын] , что в России традиционный подход, есть проблема создать ведомство. Не мы первые на этом пути, я надеюсь, что не мы последние, уже многие страны пошли по этому пути. Мы проанализировали практику создания таких органов. Как правило, в развитых странах, в странах с устоявшимися институтами: США, Великобритания, Франция, Австрия, Швейцария, Швеция, Финляндия, Норвегия и так далее, список можно продолжать, – эти структуры создаются внутри имеющихся институтов. Это может быть офис генерального прокурора, это может быть Министерство внутренних дел, как во Франции, это может быть Служба внутренних доходов и таможни, как это сделано в Великобритании. Все страны, которые существуют в ситуации изменяющихся институтов, это и Восточная и Центрально-Восточная Европа, это Юго-Восточная Азия, это Латинская Америка, – все они создают специальный орган вне институтов, понимая, что не устоявшиеся институты являются ослаблением этого органа. Вот опыт показывает, что в той ситуации, в которой находится Россия, когда, к сожалению, коррумпированы основные правоохранительные структуры, борьба с коррупцией не может вестись без создания такого органа. Все страны, которые попадали в такую ситуацию, в которой находится Россия, они шли по этому пути. Д.МЕДВЕДЕВ: Создание бюро по противодействию коррупции или офиса федерального прокурора по противодействию коррупции – самое такое, может быть, яркое и, наверное, самое спорное предложение. Яркость и привлекательность заключается в том, что нет веры в другие правоохранительные органы, мол, они не работают, мы создадим бюро, которое всё решит. Уже Сергей Владимирович [Алексашенко] сам сказал, что, конечно, никакой панацеи в этом нет, и если что-то создавать, то только в том случае, если это будет работать, если этот орган будет эффективным. Выскажу свою позицию. Как Вы не претендуете на исключительность этого мнения, так и я. Если что-то создавать, это должно быть в структуре существующей системы правоохранительных органов. Создание чего-либо инородного либо превратится в неработающую структуру, в неработающий орган, либо превратиться, извините, в бюро по сведению счётов между различными кланами и группировками. Не скрою, я ещё в Администрации Президента работал, некоторые коллеги ко мне приходили и говорили, давайте такое бюро создадим, и не плохо бы, чтобы я его возглавил. Не я – они. Я был тогда категорический противник этого, потому что я понимал, для чего это делается. Чтобы удушить своих, условно говоря, конкурентов, где бы они ни находились. Поэтому это должен быть орган с компетенцией, вытекающей из закона. Из какого закона? Уголовно-процессуального закона, только одного. Тогда нам нужно менять уголовно-процессуальное законодательство и законодательство о предварительном расследовании. Мне больше нравится (подчёркиваю, я сейчас говорю не о персоналиях, потому что вы сразу можете сказать: вот, нам не нравится это или это, этот человек или другой), мне больше нравится идея помещения соответствующей структуры внутрь Генеральной прокуратуры, потому что именно на Генеральной прокуратуре лежит финальная ответственность за борьбу с преступностью в стране. Как это сделать – можно подумать. Есть фигура независимого прокурора, есть возможность использования Общественного совета. Но вот если и говорить о создании подобной отдельной, но в то же время вовлечённой в структуру правоохранительных органов позиции, то это Генеральная прокуратура. Общественный совет, если подобный офис создаётся, возражений никаких нет, он, наверное, нужен. Вся стенограмма http://news.kremlin.ru/transcripts/14828

Стимулировать ли граждан к информированию о коррупционных преступлениях?

2012-03-26T13:55:34+04:00

На заседании рабочей группы по формированию системы «Открытое правительство» 22 марта 2012 года С.АЛЕКСАШЕНКО: Нужно закрепить в нашем законодательстве систему вознаграждений граждан, информирующих о фактах коррупции, и законодательно закрепить систему их защиты. Мы долго спорили, нужно или не нужно платить людям, которые информируют о коррупции. В конце концов, мы решили провести опрос общественного мнения. Понимаем, что он не репрезентативен. Мы разместили два опроса, один на сайте «Эха Москвы», второй на сайте Алексея Навального. На «Эхе Москвы» – три к одному, 75 процентов считают, что нужно платить; на сайте Алексея Навального 90 процентов считают, что нужно платить информаторам. Это означает, что люди готовы, они понимают, что этой информации столько, что действительно её уже никто не прячет, её огромное количество. Это на самом деле элемент вовлечения общества в борьбу с коррупцией. Причём понятно, что платить нужно только тогда, когда незаконное обогащение доказано судом, когда суд признал это решение, когда незаконный доход изъят в доход бюджета, всё понятно. Но общество понимает, что это действенный инструмент, и оно категорически поддерживает такое предложение. Д.МЕДВЕДЕВ: Почти библейская тема: можно ли «стучать» за деньги, хорошо это или плохо, и как нужно «стучать», громко или потише. Знаете, у меня нет ответа на этот вопрос, я только порассуждаю вслух. С одной стороны, как и у любого человека, всякого рода доносительство за деньги у меня вызывает, скорее, вначале чувство отвращения. С другой стороны, когда я начинаю смотреть на опыт так называемых передовых государств, это помогает. Но делается это там всё-таки в меньшей степени за деньги, а просто от осознания того, что кто-то рядом с тобой ведёт себя не по правилам, ведёт себя неправильно, безнравственно, незаконно. Поэтому денежную составляющую я бы здесь не гипертрофировал, но в целом стимулирование к информации о совершённых преступлениях – абсолютно важная вещь. В тех же самых Соединённых Штатах Америки, в других государствах с весьма развитой демократией на этом построена деятельность полицейских структур, во многих государствах. Кстати, и у нас ведь это тоже было. У нас, к сожалению, в период определённый это приобрело абсолютно другое измерение, почему, в общем, у нас у всех это вызывает сначала оторопь, отторжение. Но если говорить серьёзно, в определённый период люди, которые писали бумаги, ведь всё это делали не за деньги, почти никто не делал за деньги. Большинство делали исходя из лучших побуждений. Правда, чем закончилось – нам тоже всем известно. Поэтому у меня нет ответа на этот вопрос. Давайте вместе поразмышляем. Вся стенограмма http://news.kremlin.ru/transcripts/14828

Запрет на хозяйственную деятельность в природоохранных объектах – прикрытие для их нелегальной эксплуатации

2012-03-16T09:00:00+03:00

На совещании по вопросам развития туристического кластера на Северном Кавказе 11 марта 2012 года В.НАГОВИЦЫН: Дмитрий Анатольевич, хотел бы попросить дать поручение соответствующее по внесению изменений в закон о защите озера Байкал, и есть постановление 643-е Правительства о запрете там хозяйственной деятельности. То есть сейчас очень сложно будет вести развитие Байкала, поскольку там невозможно строить ни линии электропередачи, ни дороги и прочее. Надо внести изменения соответствующие, не нарушающие экологию, естественно. Д.МЕДВЕДЕВ: То есть там должен быть более либеральный режим ведения хозяйственной деятельности? Это имеется в виду? В.НАГОВИЦЫН: Да, конечно, пускай жёсткая экспертиза будет. Д.МЕДВЕДЕВ: Хорошо, давайте изучим, что можно в этом направлении сделать, потому что сбережение Байкала не означает отсутствие какой-либо деятельности на Байкале, потому как нам действительно нужно развивать туризм как у вас, в Сибири, так и в других местах. Потому что у нас очень много заповедников, заказников, но, к сожалению, зачастую их наличие просто оправдывает бесхозяйственность: там не происходит ни должного ухода за лесом, за водой, за природным миром, и в то же время никакой хозяйственной деятельности там вести нельзя. Происходит просто деградация, мы об этом с губернаторами говорили. А в ряде случаев всем этим торгуют, но подпольно, что-то там строят. Государство говорит: «Мы туда вообще не можем заходить, потому что это природоохраняемые объекты». А на самом деле идёт варварская эксплуатация, причём в нелегальной форме. Вот об этом я тоже призываю призадуматься Правительство и руководителей регионов. Вся стенограмма http://news.kremlin.ru/transcripts/14745